«Кто сознаёт, что, прежде всего, есть дух, и старается отдавать во всех своих действиях первенство духу, становится себе хозяином. Тогда понимаешь, что нет большего богатства, чем мудрость; нет большей нищеты, чем невежество; нет большего наследия, чем культура»

 
 
 
Дорогие друзья! 
Идея создания авторского блога была вызвана необходимостью общения с широкой думающей, творческой аудиторией. Ни для кого не секрет, что в современном мире общение при помощи «паутины» становится подчас единственным оперативным способом. Здесь проявляются настоящие качества участников без редактирования или цензуры со стороны. Полагаю, что площадка моего авторского блога станет интересной для любителей художественного слова, для активных людей, ищущих себя в различных областях, потому как мои интересы достаточно широки. Это и аналитическая журналистика, исследования этнографического и краеведческого материала, общественных отношений прошлого и настоящего, изучение древнего зодчества и искусства, реконструирование древнего вооружения, одежды, способов производства и условий выживания. 
Вот уже скоро десять лет, как на территории г. Новый Афон воссоздан и работает теперь уже Национальный Новоафонский историко-культурный заповедник «Анакопия», ныне возглавляемый мной. Оглядываясь в прошлое и оценивания пройденные этапы, я понимаю, как шаг за шагом мы шли вперед, сохраняя культурное наследие и созидая. Наверное, правильно, что между строк останется летопись борьбы высокого духа с обыденным притяжением, тяжелого физического напряжения сил и творения мысли. Ведь взамен мы приобрели знания и опыт, а результаты нашей деятельности переживут наше поколение.
А. Аргун (Хас Афонский)
 

Аналитика

13.06.2014

Итоговая 58-ая научная сессия Абхазского Института Гуманитарных Исследований, посвященная 140-летию Д. И. Гулиа

Доклад соискателя научной степени, кандидата исторических наук, Аргун А. В.


Современное состояние абхазского общества как признак этногенеза.

 

Общество переходного периода

      Общество переходного периода часто оглядывается на свое прошлое в поисках «золотого века» и требует неукоснительных перемен (реформ), полагая, что в этом спрятан ключ к счастью.

     Давайте задумаемся: что в представлении человека означает счастье?

      Если спросить среднестатистического обывателя, то он не совсем определенно, вкладывая в обычные слова сокровенный смысл, ответит, что счастье в материальном достатке, в безопасности для жизни и имущества, в хороших социальных условиях и в чем-то другом, что и не выразить словами. И человек образованный, социально активный затруднится определить состояние под названием счастье. Ведь не только удовлетворение физиологических потребностей стимулирует появлению гормонов счастья. Наверно, необходимо, чтобы в индивидууме нуждались окружающие, он пользовался уважением в своем кругу. Получается, что понятие счастья выходит за рамки личности и становится реализуемым в коллективе людей (пусть одного социального круга, одного возраста, но можно этот круг расширить). Следовательно, незыблемым атрибутом счастья является признание окружающих, чувство удовлетворения за сделанное – за результат, к которому приложена энергия. Эта энергия отдельного человека, объединенная с энергией соплеменников может сделать счастливыми весь коллектив людей, даже тогда, когда не все хорошо с материальным обеспечением, и факторы, о которых мечтает обыватель, не соответствуют высокому качеству.  Видимо, объединенная коллективная энергия, направленная на осуществление идеи (совсем необязательно, чтобы идея приносила материальные блага или даже была осуществимой в своей полноте) может подавить первостепенные  требования, диктуемые физиологией человека. Более того, возможно, что стремление к идее будет противоречить задачам сохранения вида и продолжения потомства. Напрашивается вывод, что человек существо социальное, но не подобно животному в стаде, а качественно по другому. Неспроста же человек готов идти на осознанные жертвы и самоограничения ради отвлеченной идеи, которая когда-то должна принести плоды во благо будущих поколений. Ощущение счастья возникает от причастности к великой идее, которая может осчастливить всех. И отсутствие такой причастности в нужный исторический момент становится источником печали для тех, кто по каким-то причинам оказался вне событий. Но, почему так получается, что часть людей  – современники событий – возвысили личные интересы биологического выживания над коллективными интересами? Видимо, все дело в определенном психологическом складе человека, получившего в наследство определенный генотип и формировавшегося под влиянием отличных факторов.

     Почему я об этом так долго рассуждаю?

     Наверно для того, чтобы понять: Для чего нужны реформы? Как их можно осуществить? Без ответов на эти вопросы – результатов не будет. Останутся лишь талмуды исписанной бумаги и пар, собравшийся из выдохов его создателей.

     Если мои суждения не вызывают споров, то идея, ради которой необходимы реформы, должна объединять всех людей, считающих себя гражданами страны, несмотря на явно антагонистические отношения, существующие между различными классами и группами: производящими и присваивающими результаты труда, осужденных и их судей, интеллигенции и чернорабочих, воров и их потенциальных жертв. В каких-то случаях для реализации реформ достаточно активного участия определенной консорции и молчаливого согласия остальных, уступивших право решения первым. Но без участия граждан невозможно сделать их счастливыми, а значит, любые реформы обречены на провал. 

     Это еще раз подтверждает, что для успеха (победы) необходимо складывание энергиии всего коллектива под началом людей страстно одержимых. Ни сам коллектив, ни отдельные личности, одержимые идеей, порознь не способны приблизиться к цели. 

     В первом случае, взаимополярные колебания энергии участников коллектива будут погашаться, или уведут  общество в сторону. Как пример, идея национального возрождения у многих народов выливалась в банальную резню не своих и присвоение их имущества.

     Во втором случае, личности-пассионарии, не нашедшие поддержки у собственного коллектива, погибают, либо становятся изгнанниками, либо «пророками» и лидерами в чужом отечестве, там, где их мысли и идеи ложатся на более благодатную почву общественного сознания. 

     Если представить общество в виде пирамиды, то небольшую верхушку пирамиды будет представлять элита. Элита многовекторна и не лишена внутреннего антагонизма. Она не бывает монолитной, лишь в отдельных случаях происходит временное единение. Властная элита чаще всего пытается подчинить себе прочие. К прочим можно отнести творческую и научную интеллигенцию. Властная элита склонна к сговорам с вооруженной силой. В этих случаях становится возможным установление диктатуры, отказ от республиканства в пользу единоначалия в государстве. Так в эпоху эллинизма города-республики превращались в монархии. Республики превращались в империи, под управлением императора-Домината, или узурпатора. Нам известна череда солдатских императоров Рима. Вызывает удивление как без согласия римлян к власти в стране, опираясь на силу легионов, приходили узурпаторы. Значение плебса (коллектива в широком смысле) в жизни Рима неумолимо падало. Римляне к тому времени находились в состоянии инерционного развития, они не рождали так много ярких личностей, как ранее. Место пассионариев занимали субпассионарии, желавшие иметь все, без каких-либо усилий. Плебс терял активность и интерес к решению государственных  дел, что и создавало предпосылки для узурпации власти отдельными одержимыми личностями. Кроме этого, в римском обществе не было единства по поводу правильного устройства страны.

     Наряду с отчаянными республиканцами в обществе появилось немалое число сторонников Принципата, считавших, что лучше содержать одного принципса, нежели 300 сенаторов (позже их число доходило до 2000), наделивших себя царскими правами и полномочиями, и, к тому времени, разучившимися отстаивать интересы Рима. 

     Описанные потрясения показывают, что они были вызваны утратой обществом пассионарности, т. е. желанием жертвовать жизнями и даже благосостоянием ради величия страны. Элита Римской империи на этом этапе формировалась из числа людей непассионарных, отстаивавших лишь собственные корыстные цели. Сегодня такую элиту прозвали бы коррумпированной (олигархической). Коррумпированные элиты заражают своей болезнью все общество, задают тон и моду для прочих. Отдельные же личности, способные к самопожертвованию, погибают, не находя поддержки  в разлагающемся обществе. Причем моральное разложение достигает максимума в эпоху материального благоденствия, когда, казалось бы, и науки, и искусства достигают расцвета. Но это тупиковый путь этногенеза, или замедление инерционного развития, после которого наступает фаза обскурации, сменяющаяся состоянием реликта или спячки, хотя чаще всего этнос гибнет или перерождается. Таковы необоримые законы этногенеза. Увы!!!

     Что же происходит с нашим обществом, на каком этапе этногенеза находится абхазский народ? Насколько исчерпалась его энергия в ходе прошедшей войны и способны ли мы на очередной национальный подвиг?

     Однозначно, что война истощила наш народ. Затухли очаги страстной энергии во множестве. Благодаря  неимоверному напряжению коллектива цель была достигнута. Наступило временное затишье, залечивание ран, медленное накопление энергии в критичных по новому условиях, возникших на сломе старых, привычных отношений, обветшавших на уровне фундаментальных ценностей (идеологии и морали). Не стоит забывать, что погибла огромная система: Советский Союз, суперэтнос, частью которого был и наш народ. Казавшаяся немыслимой идея независимого государства была осуществлена ценой огромного напряжения. Остаточная энергия внутри общества еще долго затухала, гасимая взаимополярными колебаниями, потому что осталась без идеи. А причина в том, что только нарождалась абхазская элита, для становления которой  требуется время. Эволюционное развитие человечества или этноса необратимо, невозможно вернуться в прошлое и что-либо изменить. А надо ли? Посмотрим на обратную сторону медали.

     Современный этап развития нашего общества заключается в накоплении ресурсов. Жажда накопительства, расположенная где-то на подсознательном уровне человека связана непременно с инстинктом самосохранения и продолжения рода. В отдельных искаженных, патологических случаях эта жажда приводит к обратному эффекту – к самоуничтожению индивидуума и общества. Но накопление ресурсов необходимо для устойчивого развития государства, для гарантированного размножения человеческого рода, для укрепления традиционных межэтнических и гражданских связей внутри общества и т. д. Это накопление ресурсов сродни накоплению энергии этносом для осуществления рывка к новой цели (идеи). Основная часть накопленных ресурсов расходуется в целях жизнедеятельности общества, другая - на воспроизводство,  образование и воспитание нового поколения, призванного стать частью элиты, участвовать и возглавлять процессы этногенеза. Именно эта часть общества должна будет сменить коррумпированную и консервативную элиту Абхазии, понимая губительность стагнации, скрытые опасности неустойчивого развития этноса, его разрушения и даже гибели. Коррумпированные элиты развитых стран ведут современное цивилизационное развитие человечества к пропасти. Нам туда нельзя!!!

     Не простая задача: бескровно сменить обанкротившуюся элиту? Возможно ли эволюционное самоочищение (оздоровление) элиты? Самоочищение элит не происходит. Лишь мощный толчок общества (или ее составной части - консорции) способен ее сменить. Но и это действие должно подчиняться цели, которую мы назовем Национальной Идеей. 

     Давайте подумаем вместе. Под каким лозунгом можно объединить активную часть нашего общества. Может первостепенно стремление к реформированию политической модели государства или к экономическому благоденствию, схожего по результатам с Эмиратами? Но для чего нужны такие идеи, если они не раскрывают цели?

      Получается, что Национальная Идея должна стоять неизмеримо выше задач реформирования и экономического процветания. Ведь любому разумному человеку понятно, что не бывает идеальной системы, в которой все граждане были бы равны в потреблении благ. Более того, в любом обществе существуют группы людей, которые не видят себя в системе управления или на раздаче материальных ценностей. Следовательно, нам необходимо сформулировать цель, которая в равной степени была бы важна для людей различных социальных групп, разных национальностей, являющихся по духу гражданами Республики Абхазии. Возможно в политологии, изучающей формулу власти, мы сможем отыскать некую подсказку. 

     Независимое государство, точнее, полнота государственного суверенитета обеспечивается несколькими важными ступенями - категориями суверенитета, в обеспечении и развитии которых непосредственно принимает участие здоровый этнос, носитель государственности.

1.         Признание государства мировым сообществом  как субъекта международного права и международных отношений.

2.         Внешнеполитический (дипломатический) и внутриполитический суверенитет.

3.         Военный суверенитет.

4.         Экономический суверенитет.

5.         Культурный суверенитет.

      И так: полагаю правильным напомнить, что только с построением эффективного абхазского государства мы все связываем возможность существования абхазского этноса, его динамичное развитие в коллективе соседних государств и, более того, достижение признания на мировом уровне своей жизнеспособности и состоятельности как этноса-государства. Мы констатируем, что те политико-правовые отношения, сложившиеся в развитых странах Запада не приемлемы для нас и губительны. Мы должны пройти свой путь этногенетического развития, не поддающийся упрощению или копированию. Любые внешние толчки, идущие вразрез этой мысли должны погашаться вне тела этноса, подобно тому, как космические тела сгорают в плотных слоях атмосферы, не достигая поверхности земли. Для этого необходим устойчивый иммунитет, наподобие того, каким обладают сильные молодые люди.

     Чем выше обеспечение суверенитета по обозначенным пяти пунктам, тем устойчивее государство и этнос. Не задерживаясь на анализе состояния пяти пунктов суверенитета в рамках данной работы, лишь упомяну, что нам предстоит выработать уровни наполнения суверенитета, которые отвечали бы нашим условиям с учетом краткосрочной и долгосрочной перспективы. Как человек, близкий к вопросам культуры, хочу выразить принципиальную позицию: культурный суверенитет без качественного национального образования существовать не может. Следует сконцентрировать усилия на переводе образовательного процесса на абхазский язык. 

     Первые шаги были предприняты более ста лет назад, когда возникла абхазская письменная культура. Это явление само по себе является признаком этногенеза. Феноменально, что абхазский этнос, получивший страшный удар в XIX в., выносил идею возрождения государственности, реализованную вскоре в государстве ССР Абхазия 1921 г. Под гнетом внешних факторов подавления, на протяжении последующих десятилетий статус государственности понижался, сжималась в пружину коллективная энергия, направленная к единой цели. Однако в связи с развалом СССР возник исторический шанс, и мой народ воспользовался им, создав современное абхазское государство.

     Понятно, что этногенез невозможно объяснить лишь с точки зрения общественных отношений, биосферных либо географических факторов раздельно. Этногенез и связи в обществе возникают и развиваются по законам, изучаемым разными науками, они многогранны. Поэтому нам следует договориться, что при обсуждении выше обозначенных проблем мы будет оставлять в стороне значительное число влияний второго, третьего и последующих порядков. Так нам удастся избежать погрешности аберрации близости, мешающие разглядывать процессы в чистоте фактического материала. 

     Слагаемыми нового абхазского этноса на рубеже  XIX -XX веков на наш взгляд стали наши предки – выходцы из различных территориальных этнических групп, пережившие изгнание, тяготы колониальной политики российской империи, раздробленность и междоусобицу,  противопоставление различных групп внутри этноса, и девальвацию прежних ценностей. Эти тяжелейшие условия мобилизовали внутренний духовный потенциал народа для единения и противопоставления себя другим. Недаром сложилась пословица: то, что нас не убивает, делает сильнее. Обаяние пассионарных личностей, создаваших абхазское советское государство и возглавлявших его структуры на разных направлениях, сплачивало не только абхазов. Вокруг абхазского этнического ядра уже тогда консолидировались представители других этносов: турок, мегрелов, греков, армян. Однако процесс зарождения нового абхазского этноса был насильственно свернут, что отсрочило его полное сложение. Так самурзаканцы, идентифицировавшие себя абхазами по переписи 1897 г. были отторгнуты от ядра притяжения. Высылка турок и греков, механическое перемещение представителей картвельского этноса, уничтожение пассионарной части абхазского общества законсервировало едва начавшийся процесс этногенеза, для вызревания которого необходимы определенные условия, так называемый инкубационный период.

     Полноценный суверенитет современного государства неразрывно связан с абхазским этносом, количеством и качеством заполнения территории государства, от силы разносторонних связей как внутри этнического ядра, так и с представителями других этносов. Для полноты суверенитета необходимо сложение всех граждан страны в новый этнос, мыслящий «по-абхазски», единый в устремлении к созданию сильного независимого государства. В этой плоскости и должна разрабатываться Национальная Идея, подразумевающая, чтобы Республика Абхазия стала государством полного суверенитета, а значит сильным и устойчивым, общим домом-крепостью  для обновленного абхазского этноса, объединяющего и вдохновляющего всех граждан страны. «Сильное государство – сильный народ» - вот наша идея и наш девиз.

     Наполнение суверенитета дело творческое и трудное, оно под силу лишь здоровой элите, готовой к великим победам и неизбежным корреляциям. Тем, кто сегодня готовится, чтобы возглавить глубинные процессы, хочется напомнить:

1.         Для смены коррумпированной элиты потребуется время, которое следует направить на усложнение связей с обществом, создание консорции одержимых Национальной Идеей людей, перенесение идеи в широкое общество путем активного обсуждения и внедрение в сознание. Как только общество окажется готовым отказаться от своей нездоровой части, выбросить и забыть то, что мешает приблизиться к цели, следует реализовать запрос общества, используя коллективную энергию для толчка, который опрокинет коррумпированную элиту. Она разбежится, если настрой общества будет необратимым.

2.         Национальная идея нуждается в детальной проработке и многогранных концепциях, которые должны вобрать в себя творчество всего общества. Осуществление реформ станет промежуточными целями. Сюда вполне вписываются идеи реформирования государственной власти, создание эффективной экономической модели, боеспособной армии, справедливой судебной системы, проблемы демографии, медицины, образования и культуры. Все отрасли нашей жизни нуждаются в реформировании, главное, что подчиненные национальной идее, реформы дадут  мультипликативный эффект,  превосходящий ожидания.

3.         Элита должна быть способна к осуществлению непопулярных мер, а общество – к тому, что эти меры непременно на них отразятся. Если бы реформы можно было осуществлять «бескровно», то, пожалуй, все этносы и государства процветали бы. Реформы могут быть связаны как с материальными, так и психологическими жертвами, ломкой привычных укладов и отношений. Важно, чтобы лишения были бы оптимальными (минимальными), иначе получиться не реформа, а революция.

4.         Красной нитью всех суждений и действий должна быть идея: «Сильное государство – сильный народ». Другая формулировка или подмена идеи не приемлемы. Строительство большинства современных государств идет в обратном направлении. Поэтому важно не копировать чужой опыт, он может быть губительным!!!

5.         Не попасть в плен утопии, не скатиться к жестокой конфронтации и революции. Иначе проиграют все.

6.         Для ускорения процесса возникновения нового этноса – народа Абхазии, можно предпринимать определенные шаги, которые сделают процесс необратимым. Об этом мы поговорим в отдельном разделе.

 

Выстраданные реформы легитимны.

      Политический кризис в Абхазии, получивший устойчивое название как «кризис власти», несомненно, отражает объективные процессы общественного развития. Наиболее дальновидные политики еще в эпоху зенита славы Первого президента Владислава Ардзинба заговорили о необходимости более сбалансированного распределения полномочий между различными ветвями власти. Они не были услышаны и поняты, общество отвергло их предложения. (О Зурабе Ачба).

     Прошло немного времени, выросло понимание правдивости ранее отверженных идей, однако остался неприятный осадок. Наиболее активная часть общества уже на рубеже 21 века широко транслировала идеи реформирования ветвей власти, пытаясь избежать политического кризиса, уже тогда назревавшего в стране. Смена правящей элиты в 2004 г., вызвавшая небывалое противостояние в обществе, анонсировалась как приход к власти реформаторов. Уже тогда в 2004 г. общество санкционировало реформы политической системы, которые затянулись еще на десять лет. Задумайтесь: десять лет для динамично развивающегося этноса – немыслимо огромный срок. Очевиден вывод, что состояние нашего общества не соотносимо с фазой подъема или аккматической фазой, получивших полное объяснение в теории этногенеза Л. Н. Гумилева. 

     Если отбросить внешние факторы, с разной интенсивностью негативно влиявшие на процессы становления и развития абхазского государства, и сконцентрироваться на внутренних проблемах, станет очевидной неспособность послевоенной элиты своевременно отвечать запросам общества. Это пример того, когда консервативные политики, доминировавшие в противостоящих группах влияния, не были способны возглавить процесс, в силу своей реакционной сущности. Подобные примеры четко прорисовываются в большинстве государств, возникших на постсоветском пространстве. Наш случай не является чем-то исключительным. Политики, сформировавшиеся в недрах командно-административной коррумпированной системы разваливавшейся страны СССР, представлявшие проигранную идеологию и нежизнеспособную модель развития, не могли быть реформаторами по определению. Отдельные личности, приходившие в формировавшуюся элиту со стороны, либо примирялись с правилами игры, либо отстранялись, не сумев качественно повлиять на окружение. Наверно, нужно было время, чтобы произошла смена поколений в политике. Смена эпох опережала процессы нарождения элиты. 

 

Несостоявшиеся реформы.

      Вернемся к событиям 2004 г., когда уставшие от застоя люди стали участниками смены политической элиты, предопределившей события последних десяти лет. Наверное, я не единственный, кто задается вопросом: почему реформы все же не состоялись?

     Если откинуть в сторону возможность политического лукавства лидеров оппозиции того времени, придется заглянуть в глубинные общественные процессы.

     Экономические, социальные, политические  реформы имеют особое свойство – ломать сложившуюся систему, переставшую устраивать общество. Но за любой системой стоят люди, которые вследствие реформ оказываются под ударом. Лукавят те политики, которые умалчивали или же ныне умалчивают о негативных сторонах реформ. Реформы могут быть более или менее кардинальными, но в любом случае они ударят по определенному количеству людей. Поэтому там, где политики ответственны перед своими избирателями, происходит обсуждение идеи реформирования в широких массах, идет подготовка общества, из которой вырисовывается договор. Наиболее активная (влиятельная) часть общества соглашается с неизбежными временными лишениям ради результата, последующего через определенное время. Для осуществления реформ необходимо консолидированное напряжение общества, морально готового ко временным самоограничениям. Подобный общественный договор делает реформы и легитимными, и результативными. Но даже тогда, когда достигнут консенсус, в обществе должны быть люди, способные осуществлять реформы.

     Коалиция Багапш – Анкваб, стремившаяся в 2004г. к власти, конечно, лукавила, акцентируя на теме реформ, негативные стороны которых они не могли объяснить простым гражданам. Ибо тогда их приход к власти оказался бы под угрозой.  Вспомним, как незаметно была произведена смена лозунгов после прихода коалиции. Вместо кардинальных реформ электорату предложили начать жить достойно, т. е. богато. «Народ устал от лишений, наши люди хотят жить достойно», - делая акцент на благосостоянии, заявлял президент Багапш С. В. Как чуткий политический игрок, он использовал самую популярную идею, не исчерпавшую себя на время его правления. Его политический выбор привел к ряду негативных последствий, главная из которых заключалась в ударе по основополагающим общественным ценностям. Идея обогащения любыми путями подмяла прежние цели и вывела из тени большую прослойку обывателей и мещан, носителей мелкобуржуазной идеи, как выразились бы классики марксизма.  К сожалению, из этой прослойки так и не состоялся средний класс, целеустремленный и государство образующий. Возгордившиеся своими успехами мещане неукротимо устремились к рычагам власти, разлагая общество и продвигая идею иждивенчества. На эти годы пришелся пик грязных сделок, узаконивших неприкрытое воровство в невиданных ранее масштабах. Будем объективными: президент С. В. Багапш не был врагом своего народа, он выбрал из двух путей самый простой и популярный. А нерешенные проблемы накапливались, предопределяя нестабильность общества. Каждый раз с оппозиционных трибун мы слышали о неминуемом кризисе власти, который усугублялся, не получая достойного разрешения.

     Внеочередные выборы 2011 г. показали, насколько обществом востребован запрос на стабильность и экстенсивное развитие. Ведь именно в Анкваб А. З. большинство надеялось увидеть ответственного, твердого политика. Разуверившись в возможности кардинальных перемен, избиратели сделали ставку на консерватора, который, по их мнению, мог бы навести элементарный порядок в стране. Ради этого определенное  количество граждан было готово к урезанию собственных гражданских свобод и возможностей, консервативная же часть общества всегда голосует за привычное состояние, если оно понятно и предсказуемо. Оппозиционные силы в 2011 г. не смогли выдвинуть консолидированную и конкурентоспособную идею,  преодолеть недоверие избирателей как к силам, рвущимся к власти. Трагизм предвыборной президентской гонки 2011 г. вижу в том, что, не смотря на попытку со стороны оппозиционных сил, не был преодолен синдром борьбы личностей, подмявший конкуренцию идей и предвыборных обещаний.

     Надо полагать, что Анкваб А. З., оказавшись во власти, очень быстро почувствовал собственное бессилие перед задачей реформирования страны. Его политический выбор пал не на прогрессивно мыслящую часть общества, а скорее на подросшую прослойку мещан и олигархов, которые в принципе не терпят диктата, если только им гарантирован прирост капитала. Будем справедливы: мещанско-олигархическая прослойка современной Абхазии предпочла вытерпеть менторский тон своего соратника, нежели остаться в условиях самостоятельного выживания. В таком окружении президент Анкваб А. З. ни о каких реформах уже не был в состоянии помышлять. Но должен был что-то делать, чтобы спасать положение. Поэтому был взят курс на дискредитацию реформ. Его отговорки типа: «нам не нужны реформы ради реформ; надо подумать; Абхазии не нужен план социально-экономического развития. Это пустая трата денег» и им подобные находили понимание в консервативной части общества, весьма ярко представленной в общественном срезе. 

     В силу своего характера, президент Анкваб решительно сменил курс предшественника, подменив неосуществимую идею всеобщего обогащения на собственный контроль всех сторон жизни республики. Финансовые потоки, подпитывавшие сторонников предыдущего президента, решительной рукой Анкваба были остановлены. Теперь, чтобы получить подпитку, следовало пройти эдакий тест на верность и нужность новому хозяину… 

     Такая искривленная связь с обществом очень скоро дала свои ядовитые плоды. Безграничное тщеславие президента получало подпитку из среды его ближайшего окружения, укрепляя в убежденности, что он один знает кому за что и сколько дать, кому позволить, кому запретить, что построить, а что снести. Дальше больше, он единственный знает что хорошо, а что плохо. А несогласные – просто враги собственного светлого будущего. Возможно, что временами он вспоминал собственные обещания. Однако, не умея договариваться, осознавая свою невысокую популярность, он предпочел не начинать реформ, которые при малейшей ошибке могли бы привести к бунту подросшего мещанского сословия. Допускаю мысль, что президент убедился и в несостоятельности безыдейного кадрового окружения и поостыл. Для большей убедительности собственной позиции он сделал ставку на консервативную часть нашего общества, составляющую, к сожалению, инертное большинство. Да и сам он оставался прирожденным консерватором, сформировавшимся в номенклатурной системе МВД… 

     В общих чертах, таким образом складывался современный кризис власти, разрешившийся отставкой обанкротившегося политика. Исходя из анализа пройденного пути, напрашивается ряд выводов:

1.         Нашим обществом выстрадана идея реформы политической системы страны. Это состояние больше, чем обычный запрос избирателей.

2.         Обществом не востребованы безответственные политики, достаточно устойчивым остается запрос общества на идеального лидера, способного без всяких издержек привести народ в светлое будущее. Доверив ему свое будущее, оно готово спать спокойно.

3.         В противоборствующих, жестко конкурирующих политических группах находится избыточное количество реакционных консерваторов, способных противодействовать оздоровлению политической элиты в целом. Эти консерваторы в политике имеют довольно значительную электоральную поддержку людей, которые не хотят каких-либо перемен, защищают собственное положение и выступают против экспериментов. К традиционной группе влияния консерваторов относятся субпассионарии любых возрастов. Среди них достаточно молодежи.

4.         В свете противоборства двух политических групп, более явной становится третья сила, которая состоит из граждан, не боящихся перемен и временных трудностей ради изменения жизни к лучшему. Эта электоральная сила открыто призывает к устранению из публичной политики личностей консервативных и чрезмерно амбициозных, с чьими именами ассоциируется угроза дестабилизации. Их выбор будет на стороне нейтральной фигуры, способной наиболее последовательно и качественно осуществить преобразования в стране. Этой силе также свойственна утопическая мечта об идеальном президенте, однако, они готовы принять компромиссную фигуру, способную осуществить коллективное управление государством. 

5.         Наиболее активной частью общества, которую формируют пассионарии и гармоничные личности, в политике востребована конкуренция идей, а не личностей. При активном выражении этой позиции они способны склонить на свою сторону субпассионарную часть общества, сформировав квалифицированное избирательное большинство, необходимое для полноценной легитимности процесса государственного строительства.

6.         Большей частью общества востребован постоянный диалог по наиболее острым темам, выработка понятных для большинства консенсусных решений, которые обязательно должны выполняться. 

8.         Общество готово доверить решение государственных проблем коллективу профессиональных и патриотичных людей, способных убедительно доказать свою приверженность идее наполнения суверенитета Абхазии. Проект «Суверенная Абхазия» получает дополнительный импульс для развития.

 

     Полученные выводы, словно лакмусовая бумажка, показывают, что современное абхазское общество готово делать более уверенные шаги вперед, опираясь на поколение новых политиков. Для большей результативности этого движения при меньших издержках необходима планомерная работа в целях культивирования и пропаганды национальной идеи и промежуточных задач. Предстоит также провести серьезную работу по развенчиванию нежизнеспособных или идеалистических течений, способных отвлечь общество от движения в правильном направлении. Вместе с тем, необходимо в ближайшее время озвучить Национальную Идею. Начать этот процесс можно с обсуждения в кругу абхазской интеллигенции, где, скорее всего, она получит законченную редакцию. 

     Еще до начала выборов отвлеченная от политики в чистом виде интеллигенция должна ответственно осветить ряд вопросов перед обществом. К примеру: 

     В каком виде должны выглядеть реформы политической системы страны? Нужен ли нам всемогущий и всезнающий президент, эдакий отец народа? Способна ли в нашем случае политическая элита выступать как коллективный президент или просто коллективный орган управления? Возможно ли самоустранение обанкротившихся политиков из публичной жизни страны? Возможно ли осуществление реформ без соответствующей проработки в обществе?

     Надо торопиться, иначе неосуществленные идеи, пришедшие из прошлого, подобно хвосту пролетающей кометы, будут дразнить нас в будущем, при новой политической элите, стремящейся возглавить процесс. 

     Нам не избежать решения четырех основополагающих задач, через которые можно осуществить реформы и приблизиться к цели:

1.         Наличие воли. Профессиональное понимание целей и задач реформирования, его этапов и сроков.

2.         Достаточное количество и качество людей (критическая масса), способных реформировать и реформироваться.

3.         Наличие финансовых средств для разработки программ и их осуществления.

4.         Достижение общественного консенсуса, как необходимый элемент легитимности и результативности реформ.

     Без соответствующего понимания со стороны политиков, без консолидации разно полярного общества и мобилизации его внутреннего потенциала, мы обречены на загнивание, которое завершится гибелью государства и этноса.

 

Пассионарии и субпассионарии. Необъявленная война.

      Пассионарии и субпассионарии, как два противоположных психологических типа, две крайности общественной ментальности заслуживают пристального рассмотрения. 

     Пассионарии, как личности, способные к большим напряжениям и реализации собственной избыточной энергии, глубоко не задумываются о сохранении собственной жизни. Для них важна цель, которая часто меняется. Они выглядят разрушителями системы, потому что она всегда стремиться к статичности. 

     Субпасиионарии  - это противоположный психотип, живущий за счет окружающего мира. Они ничего не создают и не защищают. Главная идея субпассионария – быть живым, невредимым и сытым. При любом потрясении они постараются выйти сухими из воды. Они способны к сплочению, ради требования «хлеба и зрелищ». Они могут быть наглыми и дерзкими, если их жизням ничего не угрожает. Они ярые сторонники устойчивой системы, которая их содержит.

      Из данных положений вытекает, что представители обоих типов антагонистичны друг другу даже на подсознательном уровне. Что же делать с пассионариями-фанатиками, как их остановить?

     Вспомним общеизвестную формулу: если отдельная личность стоит ниже общественного сознания, то оно его притягивает, если наоборот – то оно его засасывает. Я же к этому добавляю продолжение: тех, кого оно не может притянуть или засосать, уничтожает.

     Из этого вытекает, что динамично развивающееся общество способно подтягивать до общепринятых норм субпассионарные личности, которые в общей массе становятся незаметными, как бы растворяются, не смея и не умея противостоять доминирующему влиянию. Когда же общество статично, в нем задыхаются пассионарии, не имея возможности реализации избыточной энергии, которую они готовы дарить окружающим. Пассионарии не могут идентифицировать себя в статичной системе, это насилие над их врожденной природой подобно необъявленной войне, в которой зачастую пассионарии сгорают. Лишь немногие из них, консолидируясь на основе комплементарных связей, способны создать антисистему, как возможность для собственного существования. Статичное общество старается обезопасить свою систему от непонятных фанатичных идей. Если оно гуманно, то прибегает к моральному подавлению, но бывает и иначе…   

     Рассмотрим в общих чертах весьма распространенное в нашей жизни явление: скрытые и явные формы суицида. Случаи, когда человеку поставлен врачебный диагноз – шизофрения – не является предметом нашего разбора. Однако, часты случаи, когда вполне здоровые люди совершают безумные поступки, несовместимые с инстинктом самосохранения. На каком-то этапе с ними происходит психологический надлом – отверженная обществом избыточная нереализованная энергия взрывается внутри личности, приводя к медленной или быстрой гибели.  Всплеск суицида мы рассматриваем как конфлик пассионарных личностей со статичной общественной системой.


Как изменить ход истории: утопия или реальность?

      Теория этногенеза Л. Н. Гумилева содержит научные разработки, имеющие непреходящее практическое значение. Они основываются на значении количественного показателя пассионарных личностей, их роли в этногенезе, и носят универсальный характер. К сожалению, мы не имеем статистически обоснованной картины, отражающей состояние общества по психологическим типам. Однако следует оговориться, что в мире широко используются разработанные и апробированные методики, основанные на опросниках. Это один из самых доступных и квалифицированных способов изучения общества.

     Мы со своей стороны полагаем, что современный абхазский этнос находится в инкубационной фазе, углядывая целый ряд признаков, характеризующих это состояние. Вот как описывает Гумилев Л. Н. процесс возникновения нового этноса. «Но вот население региона переходит в динамическое состояние, т. е. начинает развиваться. Первой стадией развития является подобная взрыву ломка установившихся взаимоотношений. Это всегда происходит так: в одном-двух поколениях появляется некоторое количество персон, не мирящихся с ограничениями, которые охотно сносили их деды. Они требуют себе места в жизни, соответствующего их талантам, энергии, подвигам, удачам, а не заранее предназначенного,.. первые из них гибнут, ибо коллектив оказывает им сопротивление, но если процесс размножения идет с необходимой интенсивностью, этих отчаянных «недовольных» оказывается достаточно для того, чтобы сплотиться и навязать свою волю спокойным людям прежнего склада».[1]Схожие процессы ярко проявились в Абхазии дважды. В первом случае в 1921 г. Возникло государство ССРАбхазия, во втором случае в 1993 г. – Республика Абхазия. И тогда и теперь общество понесло утрату в лице пассионариев, так необходимых для перехода в динамическое состояние этноса. Где же их взять, если пассионариями не становятся, ими рождаются?

     Современное абхазское государство, на наш взгляд, способно осуществить задачу по количественному увеличению пассионарных личностей в стране. Когда демографическая ситуация неблагоприятна, остается привлекать ресурсы со стороны.

     Одним из приоритетных направлений государственной политики, на наш взгляд, должны стать действия по поиску пассионарных подростков в Абхазии и в этнически близкой нам среде за рубежом. Специальный комитет, обладающий профессиональными навыками, должен развернуть поиск среди многочисленной абхазо-адыгской диаспоры за рубежом. Отобранные с согласия родителей дети должны быть размещены в абхазских интернатах вместе со своими пассионарными сверстниками из Абхазии, где государство обязуется создать исключительные возможности для развития природных качеств подростков. Эти молодые люди должны получить широкое образование с акцентом на абхазский язык и культуру. В этой динамичной среде уместны всевозможные образовательные эксперименты, главной целью которых должно стать воспитание подростков в духе Национальной Идеи. Уже через 10 лет мы получим молодой пассионарный коллектив, готовый к осуществлению немыслимых прежде задач. Если программа будет работать на протяжении хотя бы 10 лет, с выпуском по 500 чел в год, спустя время мы поднимем уровень пассионарности общества более чем на 5 %. Пассионарные носители Национальной Идеи – дети разных национальностей – возглавят сложные процессы по наполнению суверенитетом наше государство. В критических ситуациях они будут незаменимыми руководителями, способными вдохновить гармоничные личности на большие свершения...

     И что с того, что мы плохо понимаем отчаянные поступки, достаточно помнить, что именно отчаянные люди остаются в памяти народной, им слагаются баллады и мифы, на них равняется будущая молодежь. Благодаря тяжело объясняемым поступкам пассионарных личностей общество может быть спокойным за свое будущее. Те же, кто слышит меня и готов поддержать на первый взгляд утопическую идею, будьте уверены: вместе мы способны ускорить ход истории, сделать процесс зарождения нового абхазского этноса необратимым, начать новую славную летопись, которая переживет нас на века.

     Выводы, приведенные в работе, основываются на анализе материала, представленного в СМИ, а также из личного общения с разными представителями общества. Поэтому они являются предварительными. Для более детальной проработки темы необходимо проводить опросы граждан и обрабатывать статистическую информацию. Призываю безотлагательно приступить к изучению современного общественного состояния на основе общепризнанных методик.


[1] Гумилев Л. Н. Этногенез и биосфера земли. М. 2010. С 382.

13.06.2014 г.


Возврат к списку

 



© Copyright 2012-2016, Hasafon